Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: записки коменданта (список заголовков)
00:39 

lock Доступ к записи ограничен

Junger Almeida zur Alta California
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
01:11 

****

Junger Almeida zur Alta California
Таким я мог бы стать...


@темы: Записки коменданта

URL
20:16 

***

Junger Almeida zur Alta California
Жаль, что меня здесь нет...


@темы: Записки коменданта

URL
02:42 

Об искусстве

Junger Almeida zur Alta California
Искусство, искушение. Что в них похожего? Что различного?

@темы: Записки коменданта

URL
02:56 

Будни и стих

Junger Almeida zur Alta California
Долго не входил в пределы сети: Эрнесто, чья вычислительная машина у нас за главную, скопировал на "рабочий стол" тридцать четыре гигабайта картинок сомнительного сорта. Отчего все программы зависли и невозможно было выйти в сеть. Теперь вроде бы все наладилось. На площади все ремонтируют: стук молотков немного отвлекает, но я привык к маятниковым часам и вскоре перестал его слышать. Больше волнуют крики рабочих, несущих мешки. Можно было бы и приструнить трудяг, однако фасад дома крошился уже трижды. В прошлом месяце куском от балкона едва не убило ишака. Поэтому выгоднее, чтобы быстрее закончили. Дон Л. презентовал нам в воскресенье свой новый опус. На сей раз заснуло меньшее количество людей, однако я не вполне понял его содержание. Пояснили, что дело касается страданий обманутого мужа. Некоторые этому воспротивились: почему, мол, именно он должен страдать? Дон Л. успокоил и пояснил, что страдать будут все.
Кроме того, работаю над прозой и поэзией, но пока морально не готов первое опубликовать. Публикую второе:

Игра

В восторге зал; касаясь
Подмостков ножкой в башмачке,
Идешь - живешь или играешь,
Забыв о буре и дожде,
Что землю превращает в грязь?
Смотри же: стоит ли играть,
Чтоб проиграть?
Решенье сложно...

@темы: Записки коменданта, Будни

23:47 

А.

Junger Almeida zur Alta California
Собственно, мои недавние записки. Вдохновлено некоторой литературой и историческим событием, имеющим не столько большую давность и довольно известным должному кругу. Как и говорил, записи бессистемны и могут не иметь каких-то определенных между собою связей.

Последним, что помнил А., была рука - не безвольно вторившая шагу ее владельца, не скрещенная на груди в скептической холодности, и уж никак не женская, покрытая тонкой перчаткой, с вычурным колечком или вовсе без него, скромная, нежно-пугливая, когда ее касались, прося на поцелуй. Рука взметнулась к небу - в нем собирались тучи, он и это запомнил, не раз поднимая голову за время их короткого пути. Собирался ли летний дождь, его вряд ли занимало: поездка по службе была для него столь же прозаична, как и вечерняя домой. Обе он проводил в мыслях о том, что удалось успеть, а что он не успел, почему упрямствует Н., когда польза проекта очевидна, и зачем К. явился к нему в парадном мундире, когда совершенно ясно, что менять к нему отношение из-за этой мелкой хитрости и посыпания головы пеплом он не будет. Серьезные люди, думал он, поглядывая в свинцовое небо, не должны поддаваться ложным...
На этом месте в его мыслях в дело вмешалась пресловутая рука. Все случилось так быстро - до странности быстро, сказал бы он, вспомнив о наблюдательности, которой не счел нужным гордиться, но и не признать которую было бы равноценной глупостью. Что-то полыхнуло - он видел лишь бегло, как и руку, в тот самый момент готовясь выйти и уже касаясь тротуара одной ногой. Ему казалось, его спутник вскрикнул - сидел он ближе к странной фигуре, затянутой в плащ, то есть, по правую руку... но за правдивость этого он уже ручаться не мог. Все вдруг исчезло, выветрилось. Он сам исчез куда-то, шагнув то ли в сон, то ли в комнату, где было темно и холодно, и где он не видел выхода. Теперь же все возвращалось, он снова помнил и себя, и недавнее.
Что-то не так, подумалось ему. Что-то ужасно не так, как он привык, как ему было нужно.
Давно, в те времена, когда он еще не был собою нынешним и которые помнил как историю, случившуюся с кем-то иным, не с ним уже, он попал в странную для него компанию, где его давний приятель был, как свой. В планы золотого юношества входило посетить заведение неблагонадежное, но от этого для них не менее привлекательное. Почему он не отказался, он уже не помнил - или нарочно забыл, да и пояснить сейчас те давние поступки, истолковать их, как он понимал их, было теперь нельзя. Из того вечера он вынес странное и неприятное чувство, которое охватывало его в некоторые моменты жизни. И вот сейчас все то же, понял он... Как и тогда, когда haetera esmeralda взяла его за руку, а потом за плечи, так и сейчас он понимал, что его тянут, несут куда-то, где он быть не хотел, но было невозможно отступать. Куда и что, он не мог понять, так как этого не видел. Мысли о прошлом были столь яркими, что он, было, подумал, что видит, на деле же - нет... Ах, если бы закончилась вся эта глупая суета! Он ощутил, что его положили на спину и что дождь бьет его по щекам. Началось... А если бы чуть раньше, он бы поторопил кучера и ничего этого не было бы. Ему показалось, его зовут по имени. Значит, его попутчик жив, подумал он и холодно усмехнулся сам себе. Выдавать желаемое за явное было не в его принципах, а принципам он не изменял, даже в таком глупейшем положении. Все же ему пришлось: шум вокруг был невыносимым, нужно было скорее это прекратить и показать, что... Что именно он хотел доказать, до конца ясно не было, но он заставил себя забыть про мрак, круживший вокруг него вороном.

запись создана: 30.04.2010 в 01:22

@темы: Записки коменданта

17:40 

Кактус

Junger Almeida zur Alta California
Кактус под солнцем.
Жаждой томящийся,
Будешь отвергнут:
В сговоре.
Лучи незримые
Глаза опаляют,
Лучи колючие
Терзают ладонь.
Пустые глазницы,
Одна в песок закопана,
Другая под рогом незрячая,
Вслед тебе смотрят,
Беде сочувствуют.
Пустыня...



@темы: Записки коменданта

13:44 

Восстань, Ноордкроне!

Junger Almeida zur Alta California
Давно хотелось написать об адмиралах, к которым испытываю неприкрытое уважение. Вдохновлена поэма брожением по сети и некоторыми людьми, с которыми мне посчастливилось повстречаться.

Восстань, "Ноордкроне" !

1
Над Хексберг собрались чернильные тучи,
В долинах туман, и на море не лучше.
Туман над горою до самых небес:
Врага бить собрался бесстрашный Вальдес.

Вот в бухту вползают врага корабли
И флаги захватчика реют вдали.
Их больше; разбить они могут и в пух,
Но с Ротгером Алвы великого дух.

У дриксов зато ледяной адмирал -
И кто так Кальдмеера только прозвал?
Вам Руппи и Зепп разъяснят, не спеша,
Что Олаф вообще мировая душа.

Солдатам отец и служитель короне,
Нет краше него на борту "Ноордкроне"!

2
И вот две флотильи в заливе сошлись,
То ядра взлетают, то валятся вниз.
Не сдался врагу гордый дриксенский флот!
За это ко дну вся эскадра пойдет.

Все множатся дыры в борту от ядра,
Покинуть корабль наступает пора.
Но слышать Кальдмеер не хочет о том:
Быть может, расправятся все же с врагом!

Тут новый снаряд над снастями свистит
И на адмирала фок-мачта летит.
Уйти бы ему с корабля поскорей,
Но в голову впился предательский рей.

Без Олафа флот в жесточайшем уроне:
Не к месту разбита была "Ноордкроне"!

3
Трупы и доски дрейфуют в заливе,
Стоны и крики весь порт полонили.
Ведьмин любимчик у дома стоял,
Лучших из пленных себе отбирал.

Увидеть он даже в бреду бы не смог,
Кого к нему Руппи в ту ночь приволок.
Дар речи едва ли он не потерял:
Ведь в руки к нему попал сам адмирал.

Он, Руппи спровадив, за пленным следит,
Слова утешенья ему говорит...
Не виден румянец на бледных щеках:
Ведь Олаф в плену, хоть почти что в гостях.

И горько ему в шумном вражеском схроне.
Вернись, день вчерашний,
Восстань, "Ноордкроне"!

запись создана: 29.04.2010 в 03:34

@темы: Записки коменданта

Веселая комендатура

главная